Факты
Лукашенко

Не думаю, что Лукашенко усидит в президентском кресле, — Андрей Вардомацкий

Михаил СЕРГУШЕВ, «ФАКТЫ»

17.09.2020 13:16

В Беларуси продолжаются массовые протесты. Александр Лукашенко, бессменно занимающий пост президента 26 лет, пытается удержаться в кресле, отдавая приказ силовикам жестко разгонять митинги. В то же время, видимо, осознавая, что во многом его дальнейшая судьба зависит от президента России Владимира Путина, инициировал встречу с хозяином Кремля в Сочи. Переговоры двух руководителей проходили тет-а-тет. Продолжались они более четырех часов. После встречи Лукашенко с Путиным было заявлено, что Россия выдаст Беларуси кредит на сумму в полтора миллиарда долларов.

Напомним, очередные президентские выборы в Беларуси состоялись 9 августа. По данным Центризбиркома, победу на них одержал Александр Лукашенко, за которого якобы проголосовали 80 процентов избирателей. Однако сторонники оппозиционного кандидата Светланы Тихановской заявили о фальсификации итогов голосования. Их поддержали граждане Беларуси, которые вышли на мирные акции протеста. Также результаты выборов не признали в ЕС. Следом за Евросоюзом Верховная Рада Украины приняла заявление, в котором белорусские президентские выборы названы «ни свободными, ни честными».

Социологические исследования и экзитполы в Беларуси фактически находятся под запретом. А потому гражданам довольно сложно выяснить реальный рейтинг поддержки Александра Лукашенко, который правит страной пять сроков подряд. Знает ли сам Батька свой реальный рейтинг? Удастся ли ему усидеть в президентском кресле? Об этом «ФАКТЫ» побеседовали с известным белорусским социологом Андреем Вардомацким, который живет и работает в Польше.

«Исследования рейтингов в Беларуси запрещены»

— Андрей, это правда, что в Беларуси официально запрещены социологические исследования?

— Не совсем так. Социологические исследования в Беларуси проводить разрешено. Но ведь социология не сводится исключительно только к оценке рейтинга президента. Вот рейтинговые исследования — да, они запрещены для всех, кроме одной официальной структуры.

— Проведение соцопросов карается уголовной ответственностью?

— Нет, административной. Но в Беларуси административная ответственность — это не только штрафы, но и закрытие организации, которая решилась провести социологическое исследование. У общества отсутствие подобной информации не может не вызывать вопросов. Почему нельзя провести собственный соцопрос о доверии президенту? Значит, властям есть что скрывать? Значит, не все так однозначно с уровнем поддержки президента? Представьте себе такие заголовки в прессе: «Согласно закрытому социологическому исследованию, рейтинг Зеленского такой-то». У вас в Украине такое сложно представить себе, не так ли? У вас как минимум пять крупных независимых социологических служб перед выборами проводят исследования. Открытые исследования. В Польше на последних президентских выборах социологией занимались восемь структур.

Что значит «закрытое социологическое исследование»? Непрозрачное? А у нас в Беларуси все представляется именно так. Вот поэтому и появились у нас мэмы, в которых Лукашенко называют «трехпроцентным», намекая на то, что это как раз и есть реальный уровень его поддержки.

— Честно говоря, мне сложно поверить, что перед нынешними президентскими выборами у Лукашенко был рейтинг всего 3%…

— Я сейчас говорю не как политолог. Я нахожусь внутри социологического поля. Что касается данных об уровне поддержки Лукашенко, которые представляли официальные структуры, то технических отчетов, как именно проводились опросы, я не видел. А это — очень важно. Неизвестно, как опрашивали, кого опрашивали. Эти данные для общества закрыты. И люди говорят: «Если у Лукашенко не 3% поддержки, то почему вы не предоставляете другие реальные цифры после прозрачно проведенного социологического исследования? Раз не даете, так, может быть, 3% и есть реальная цифра?»

— Заказывал ли Александр Лукашенко перед выборами социологические исследования, чтобы узнать свой реальный рейтинг?

— Это можно только предполагать. В прессе были опубликованы официальные данные, составленные по опросам. Там было указано, что уровень поддержки белорусского президента перед началом выборов составляла 80 процентов. Но мне трудно оценить техническое качество этих опросов.

— То есть Лукашенко себя обманывает, заказывая такие непрофессиональные исследования? Или все-таки эти данные близки к истине?

— Данные могут быть не совсем точными. Опросы эти не анонимные. Интервьюируемый должен представляться, называть свои данные. При опросе какому-либо гражданину звонят и говорят: «Мы представляем официальную структуру при администрации президента, ответьте, пожалуйста, на наши вопросы»… Не каждый захочет себя показать неблагонадежным. Особенно в Беларуси, где демократии как таковой нет. И даже если человек, которому позвонили, не поддерживает политику Лукашенко, он может дать прямо противоположный ответ из соображения собственной безопасности.

Но ведь есть еще один немаловажный аспект. Это — публикация полученных и обработанных результатов соцопроса. Если окажется, что рейтинг у Лукашенко на самом деле не так высок, как предполагается, то как опубликовать в СМИ такую информацию, чтобы не нарваться на гнев Батьки? А Лукашенко очень специфически воспринимает реальность. Вы же знаете, что обычно в средние века происходило с гонцом, который приносил плохие вести? То есть полученная информация по мере того, как она поднимается по вертикали наверх, может сильно меняться. И это не исключительно белорусское явление. Такое наблюдается во всех странах с авторитарным режимом.

Читайте также: Сотни раненых и тысячи задержанных: международные правозащитники обвинили Минск в массовых арестах и пытках

— А вы лично как социолог не исследовали реальный рейтинг Лукашенко?

— У нас это запрещено…

— Но вы же не в Беларуси, а в Польше! Все равно не можете проводить такие исследования?

— Понимаете в чем дело… Сейчас массовое сознание белорусов не воспримет вообще никаких цифр. Сегодня в Беларуси впервые за время независимости уровень недоверия к государственным средствам массовой информации превысил уровень недоверия к оппозиционным источникам.

«Лукашенко уже прошел точку невозврата»

— Можете дать экспертную оценку ситуации в Беларуси? Каким вы видите ее ближайшее будущее?

— Очень неблагодарное занятие — делать прогнозы при таком количестве факторов. Могу сказать, что Лукашенко уже прошел точку невозврата. Вы помните, на прошлых выборах 19 декабря 2010 года протестующих на центральной площади в Минске разогнали за семь с половиной минут. Уже на следующий день после выборов столица была тихой.

Сейчас ситуация иная. В протесты вовлечено большое количество различных социальных групп. Кроме того, в Беларуси никогда еще не было такого, чтобы одновременно протестовали в нескольких городах. А если говорить точно, то в отдельные дни митинговали в 23 городах. Раньше подобные акции происходили только в Минске.

Внутренними силами подавить эти протесты Лукашенко не в состоянии. В его распоряжении есть какое-то ограниченное количество бойцов ОМОНа. А что касается армии, то тут вообще непонятно, как она себя поведет в этой ситуации. Поэтому для того, чтобы попробовать предсказать дальнейшие события в Беларуси, нужно четко знать, какую игру поведет Путин.

Читайте также: «Путин, введи войска» в Беларуси не прокричат. Это исключено"

От позиции президента России в Беларуси сейчас многое зависит. В Кремле стараются по максимуму влиять на белорусов. У нас даже официальное информационное поле фактически российское. Вы знаете, что на государственных белорусских телеканалах нынче работают в основном российские журналисты?

— В Украине на некоторых телеканалах также работают российские журналисты…

— Нет-нет, тут ситуация совсем другая. В Беларуси была забастовка работников телевидения. После этого некоторые журналисты ушли с ТВ. И их место заняли российские. Естественно, они показывают ту картинку для телезрителей, которая выгодна России. Потому многие граждане Беларуси видят на экранах, что протесты вроде бы и не массовые. Там сто человек, там двести. Тут же главное — как преподнести новость и что показать в кадре.

— События в Беларуси многие пытаются сравнивать с Евромайданом в Украине. Как вы думаете, есть сходство?

— Есть много отличий. В Украине у протестного движения были лидеры: главы партий, известные активисты. В Беларуси такая ситуация невозможна. Потому что у нас, если и появится какой-то лидер оппозиции, он тут же, через пару недель, исчезает в недрах юридической белорусской системы. Вот и на этот раз были задержаны кандидаты в президенты Виктор Бабарико, Сергей Тихановский. Сейчас такая же участь ждет членов координационного совета. Но в Беларуси начались совершенно потрясающие процессы самоорганизации. Нигде такого не было. Ни в Украине, ни в Тунисе…

— Лукашенко сохранит свою должность?

— Давайте мы не будем гадать на уровне бабушек, сидящих на лавочках у подъездов. То, что акции будут очень продолжительными по времени — это я могу сказать с уверенностью. Лукашенко думал, что протестные настроения граждан в Беларуси можно преодолеть одномоментно, но вышло иначе. Он совсем по-другому оценивает реальность. Думаю, что в конечном итоге Лукашенко не усидит в президентском кресле.

Читайте также: «В минском РУВД мне пришлось стоять 17 часов с поднятыми вверх руками», — Константин Реуцкий

Ранее «ФАКТЫ» писали о том, что, по мнению доктора исторических наук Юрия Фельштинского, Путин может захватить Беларусь в любой момент.